С героиней этого интервью жизнь меня свела совершенно случайно. Как-то раз друзья познакомили меня с очень привлекательной девушкой Ольгой. Разговорившись, я сделал комплимент ее прическе – короткая стрижка, темные кудрявые волосы были ей очень к лицу.
На мой комплимент Ольга отреагировала неожиданно болезненно, добавив, что мне ее не понять. Лишь позднее от общих знакомых я узнал, что у девушки был рак. История Ольги меня поразила. Восхищенный ее мужеством, я решил непременно еще раз с ней встретиться…
Евгений КРИВОЙ
– Здравствуй, Ольга. Во-первых, позволь мне еще раз поздравить тебя с победой над болезнью. Наверное, действительно трудно человеку, не испытавшему то же самое, до конца понять всю трагедию этого страшного диагноза, который для большинства людей звучит как приговор?
– К сожалению, так оно есть. И это понятно, ведь от рака умирают. Более того, при раке гортани, которым заболела я, человек, если и остается жив, то, чаще всего в последствии больше не может говорить. Я уже сталкивалась с подобной проблемой – моя мама болела раком, к счастью болезнь отступила, поэтому для меня диагноз – злокачественная опухоль, не означал смертный приговор. Скорее для меня это стало поводом для переосмысления жизненных ценностей. Теперь я больше люблю жизнь, дорожу каждым прожитым днем. Болезнь помогла мне перестать искать ответ на такой вопрос о смысле человеческого существования. Теперь смысл моей жизни, в том, чтобы жить…
– Говорят, что раковые клетки в латентном состоянии есть у каждого человека, а для того, чтобы они стали наносить вред, нужна благодатная почва. Это может быть стресс, скопление вредных веществ в организме, в общем – пагубное влияние окружающего мира на нас…
– Я думаю, что в моем случае виной всему стал стресс. Именно многомесячное нервное истощение и послужило толчком к развитию болезни. Дело в том, что, в Ирландию я приехала к своему парню, с которым мы встречались более 5-ти лет, а знали друг друга вообще с самого раннего детства. Это была моя первая любовь, а значит сильные чувства, гиперидеализация, огромная привязанность ну и т.д. Сильно соскучившись, я решила его навестить, но попав на остров поняла, что являюсь третьей лишней. Я допускала измены, но то, что у него возникнут серьезные чувства к другой девушке, я не могла и предположить. В тот момент я почувствовала, что меня предали, обманули. После такого поворота судьбы я решила непременно остаться в Ирландии и доказать ему и самой себе, что не сдамся, что смогу и без него быть счастливой. Мама была против, так как мне пришлось прервать университетскую учебу в Латвии, но таким было мое решение. И я не жалею.
– Ну и как, удалось доказать всем и себе самой, что жизнь продолжается и после разрыва отношений с любимым человеком?
– Поначалу, было трудно, я не могла ни спать, ни есть, превратилась в какого-то монстра. Честно скажу, я даже начала выпивать. Но в один момент решила, что так продолжаться не может, так как выбранный мною новый образ жизни тянет меня на дно, не принося ни физического, ни тем более душевного удовольствия. Я устроилась на работу, сняла комнату, и даже познакомилась с молодым человеком. Однако это не спасло меня от новой трагедии. Еще не оправившись от старой раны, меня ждал очередной удар судьбы. По правде говоря, узнав диагноз, я испугалась не того, что могу умереть, а что… облысею из-за химиотерапии. Возможно, эти глупые в моей ситуации мысли и помогли мне легче принять болезнь.
– Как твой бывший парень воспринял эту страшную новость?
– Он пришел как-то ко мне в больницу со своей новой девушкой, у меня сразу все аппараты зашкалили, тогда они вышли, и он вернулся уже один. Он посмотрел на меня, как-то безразлично, будь-то нас с ним ничего никогда не связывало. Начал о чем-то высоком и умном говорить, он тогда уже ушел в религию, стал мормоном. Я запомнила лишь одну сказанную им фразу: «Подумай, что ты такого плохого сделала, что Бог так тебя наказал». Такими вот были утешительные слова человека, которого я так сильно любила…
В тот момент я поняла, насколько сильно можно ошибаться в человеке и насколько глупо было так долго страдать из-за него. А вот кто по-настоящему помог моей душе успокоиться, так это мой лечащий врач с очень интересной фамилией – Дали. К счастью его методы лечения оказались не столь экстравагантными, как работы его знаменитого однофамильца-художника. Тогда он мне сказал, чтоб я не переживала по поводу болезни, а просто вычеркнула ближайшие 12 месяцев из своей жизни, но при этом, чтобы осознавала, что после всех мытарств наступит новый год и он будет наполнен такой же нормальной человеческой жизнью, как и все предыдущие. Его слова вселили в меня надежду и помогли не думать о смерти.
– Как друзья и родственники отреагировали на твою болезнь? Помогли ли они тебе?
– Честно сказать, я не хотела ни какой помощи. Для меня это были, если хотите, свои собственные 40 дней в пустыне, как бы нескромно это не звучало. Я, как и Христос, хотела доказать себе свою веру. Веру в себя, в свои силы. Уже начав курс химиотерапии и, как результат, получив первые неприятные последствия лечения, как, например, облысение, я решила прогуляться по городу, тем более, что пока еще чувствовала себя не так плохо. Мне было интересно, как на меня будут смотреть люди на улице, поймет ли кто-то, что я больна, как будут реагировать знакомые? Понятное дело, что незнакомые люди вели себя безразлично-любезно, а вот реакция одного моего знакомого мягко говоря огорчила меня. Мы встретились с ним в магазине. Я сразу заметила, что он как-то сторонится меня, тогда я его спросила: «В чем дело?», а он мне в ответ: «Твой рак не заразен?». Я не обиделась на него, и не стала ничего объяснять. В тот момент многие друзья отвернулись от меня, потом они объясняли свое поведение тем, что не знали, как мне помочь…
– Обидно, когда тебя окружают такие «друзья». В какой именно помощи ты нуждалась больше всего в тот период?
– Тогда я испытывала «синдром улитки». Мне хотелось спрятаться от всего мира, но в тоже время у меня было дикое желание доказать, что рак – это не приговор, это не обязательно смерть. Да, это трудный этап, но он преодолим, надо только не опускать руки, а бороться до последнего. В моей ситуации врачи дают только 30 процентов на жизнь и 70 процентов на смерть, но всем друзьям и родственникам я говорила наоборот. Я внушила себе, что буду жить, и это помогло мне.
– Были ли моменты, когда все-таки руки опускались? Ведь химиотерапия – это очень тяжелый процесс.
– Меня постоянно мутило, я падала в обморок. Посещение банка или поход в магазин были невыносимо трудными. После полугода лечения я действительно сдалась. Это было, когда я лежала в больнице из-за ухудшившегося после терапии состояния. Я с трудом понимала, что делаю, практически не вставала с кровати. В один вечер из соседней палаты вывезли скончавшегося пациента, у которого тоже был рак. Тогда я сказала: «Все! Я больше не могу это терпеть! Лучше умереть». Той же ночью мне приснился сон, в котором ангел меня спросил сдаюсь ли я? Мой ответ был утвердительным. Тогда он мне говорит, что зачем было столько бороться и так ли безразлична мне земная жизнь? Проснувшись, я поняла, что хочу жить, ведь я так молода и многого еще не сделала.
– Что бы ты посоветовала людям, которые оказались в похожей ситуации?
– Не сдаваться и бороться. Это главное. Нельзя падать духом. Когда сдаешься, по себе знаю, все идет вниз, начинаешь бороться, и все налаживается, появляются силы. Надо понять, что Вас еще многое держит на этой планете и есть люди, которым без Вас будет трудно. Нельзя терять надежду. Пусть это будет даже тоненькая ниточка, но за нее надо держаться и не отпускать руки. Не надо думать, что есть шанс умереть. Зачем?! Мы все равно умрем, так почему надо умирать раньше времени? Обязательно планируйте свою жизнь, насыщайте ее событиями, которые обязательно должны произойти при вашем непосредственном участии, потому что, если впереди ничего не видно, то там ничего и не будет.





