Russian Ireland

Switch to desktop

Сентябрь в Нью-Йорке

С самого утра у ангела, закрепленного за Джимми, в отличие от его хозяина, было плохое настроение. Ни теплое солнце, ни веселый, напевающий песенку в ванной комнате Джим, ни играющий с тряпичной мышью котенок не могли отвлечь его от хандры. Он сидел на краю ванны и следил, чтобы этот весельчак не порезался новым лезвием. Замедленной вереницей ползли в его кудрявой голове скучные мысли.

– Какая несправедливость, вот уже тридцать лет я должен каждую минуту заботиться о его здоровье, о его безопасности, а он сам палец о палец не ударит, чтобы помочь себе. Давно бы купил электробритву и избавил меня от ежедневного просиживания в ванной. Если посчитать, сколько времени я убил впустую, пока оберегал его от этих лезвий, слезы наворачиваются на глаза и сердце кровью обливается.
 – Не выдумывай ерунды, – послышался голос из комнаты, и вслед за голосом в дверном проеме показалась такая же златовласая и кудрявая голова, только женская. – Во-первых, у тебя нет ни сердца, ни крови, ни глаз, и уж тем более слез. Ты бестелесное создание, поэтому синяков от сидения на ванне у тебя тоже быть не может. А по поводу потерянного времени, так это все твои бессмысленные фантазии. Если бы Джим купил себе электробритву, тебе все равно пришлось бы сидеть рядом, чтобы его не ударило током.
 – Но ты же не сидишь рядом с Синди, когда она сушит волосы феном.
 – Не сижу, но это не значит, что я оставила ее без присмотра. Просто я успеваю одним глазком следить за ней, а другим за Джулией, пока ее Ангелина вылетает поболтать с девчонками. В отличие от тебя я никогда не забываю, что я не человек и могу летать, видеть через стены, слышать их мысли. А вот ты жутко очеловечился, и поэтому стал таким занудой. Все скрипишь и скрипишь, как старикан. Может, тебя на пенсию отправить или в дом престарелых ангелов? – Анджела звонко расхохоталась и выпорхнула в комнату.
 – Ха-ха-ха! Как смешно! Кстати, у тебя тоже нет глаз. А-то она одним глазком за Синди, другим за Джулией, – передразнил подругу Ангел и повернулся от двери к зеркалу.
 – Вот блин! Он уже порезался, пока ты здесь тараторила. Боже мой, да что же это за наказание такое на мою голову. Есть у меня голова, есть! И глаза есть. Вот они, – крикнул он в комнату ехидным голосом.
 – Это условно! – по-прежнему весело откликнулась Анджела.
 – Хоть бы один денек ни о чем не думать, поваляться у телевизора, посидеть у окна, ребят на небе навестить.
 – Тоже мне развлечение! Слышала я их разговоры. Только и знают, что вспоминать своих бывших и мечтать о будущих. Вы – мужские ангелы – все одинаковые: пока на земле – все канючите о тяжести своего бремени, стоит только похоронить человека и стать в очередь за следующим, как начинаете ныть, завидуя тем, кто внизу. Научись ты ценить то, что имеешь! Есть у тебя сейчас работа – получай от нее удовольствие. Выиграл Джимми в лотерею – радуйся вместе с ним, поломал он руку – болей рядом. Живи его жизнью, и ты будешь наполнен переживаниями точно так же, как и он. Ведь там наверху ОН именно этого от нас и хочет добиться, чтобы мы жили с хозяевами душа в душу, тогда своим добром мы сможем наполнить их сердца. А ты замкнулся в себе, и тебе нет никакого дела до Джимми.
 – Не говори так! – обиделся Ангел и вышел из ванной комнаты. Он остановился у окна и стал разглядывать замысловатые фигуры облаков. Джимми вышел вслед за ним, втирая ладонями гель в свежевыбритое лицо. Синди, жена Джимми, сидела на пуфике около зеркала и, прищурившись, красила тушью ресницы.
 – Он мне не безразличен, – наконец, сказал Ангел. – Просто я устал. Ведь я старожил. Моим первым подопечным был Авель. С тех пор все так и покатилось кувырком. Если мы тогда не смогли навести порядок, то теперь, когда на земле работает больше шести миллиардов ангелов, теперь уж и подавно никто не справится с таким хаосом.
 – Слушай, но ведь вы – старики – сами во всем виноваты. Даже взять эту историю с Каином и Авелем. Если бы вы не сели тогда играть в кости со Змеем, ничего не случилось бы. Тоже мне – молодцы! Нашли компанию!
 – Ну хватит! Хоть ты не начинай. Сколько тысячелетий приходится всем объяснять, теперь еще и тебе. Ну не знали мы тогда, что он такой мерзавец. Думали, что ошибся он с Евой, погорячился. Он же нам клялся и божился, что раскаялся мол, осознал. Я уж теперь подробно не вспомню, но что-то такое он говорил. Усыпил бдительность. Да мы и присели-то всего на пару часиков, а тут такая беда. Успел все-таки змеюка!
 – Ладно тебе, не заводись! Кто старое помянет… Помнишь, как в том старом анекдоте?
 – Не помню! – буркнул Ангел.
 – Как не помнишь? Джимми в прошлом году рассказывал. Когда одноглазый ложится на операционный стол к окулисту и просит доктора, чтобы тот в этот раз был поаккуратнее и чтобы не случилось, как на прошлой операции, после чего он остался без глаза. А доктор склонился над оставшимся глазом со скальпелем и зло так: «Ох, больной! Кто старое помянет!..» – Анджела расхохоталась, и в этот момент Синди ткнула кисточкой себе в глаз. Черная от туши слеза скатилась по щеке.
 – Упс! – осеклась хранительница Синди.

 Ангел только теперь повернулся от окна и, увидев происшедшее, наконец, улыбнулся:
– Вот это по-настоящему смешно! Еще один анекдот.
– Не кощунствуй, – надулась Анджела.

* * *
 Джимми обедал в кафе напротив своей работы. Он каждый день спускался сюда с двумя коллегами и заказывал стейк с кровью. Ангелы его друзей были друзьями Ангела. Пока люди ели и разговаривали, их ангелы сидели напротив на подоконнике, тоже разговаривали, но не ели.

 – Слушай, Ангел, твой Джим когда-нибудь убьет себя этим непрожаренным мясом. Посмотри, сколько в нем холестеринов, – предупредил товарища ангел Дейвида.
– Да вижу я, но ничего не могу с этим поделать. Он и электробритву не хочет покупать. Сколько я ему подкладывал проспектов, сколько договаривался с ангелами рекламных агентов – все без толку. Мне по-прежнему приходится каждое утро по полчаса просиживать в ванной.
 – Ужас! – посочувствовал другу Дейв.
 – Вот и я говорю – ужас! А Анджела смеется. Говорит, что я зануда. Сама валяется в кровати до девяти утра, а я в полседьмого уже на боевом посту.
 – Твоей Анджеле всю жизнь везет! Во-первых – молодая. Во-вторых, ей с самого начала как с Клеопатрой подфартило, так по сей день и продолжается. То царица, то лентяйка, – ангел с презрением посмотрел, как его Дейвид положил в рот кусок зажаренного мяса. – Мой тоже долго не протянет! Такую дрянь в рот сует!

 В этот момент человек подавился, покраснел, выплюнул на тарелку полупрожеванный кусок и стал громко откашливаться. Его ангел сорвался с места, но увидев, что все обошлось, перевел дыхание и снова присел на подоконник. Двое других ангелов едва удержались, чтобы не расхохотаться.

 – Да ну вас! Хватит! Я ничего такого не имел в виду. Я хотел сказать, что пережаренное мясо так же вредно, как и сырое.

 Ангел перевел разговор на другую тему.

 – Представляете, Анджела снова мне сегодня Авеля вспоминала. Змеем попрекала, костями. Это она еще не знает, что ты тогда, - он кивнул в сторону ангела Дейвида, - был хранителем Каина. А то и тебе досталось бы.
 – Ох, уж эти мне женские! Ты ей не сказал, мол, кто старое помянет…?

 Ангел задумчиво усмехнулся.

 – Не успел! За ней разве успеешь. Ты ей слово, она тебе десять.
 – Ой! Слушайте! Думаю: что-то я хотел рассказать, – встрепенулся третий ангел. – Вы про электробритву говорили, а вчера в Квинсе, у толстяка Джейкоба, у которого мальчишка ангел, ну тот, что не уберег Ленина и Кеннеди, так у этого несчастного бритва упала в ванну с водой, электричество прошло по трубам, и его убило через унитаз, в который он в этот момент мочился. Вот так судьба!

 Ошарашенные ангелы аж рты разинули.

 – Пусть уж лучше Джимми станком царапается, – приходя в себя, произнес Ангел.
 – Сто процентов – пацан виноват. Он что Ленина тогда проморгал, когда они с Каплановским ангелом в броневик полезли, что Кеннеди проворонил, мол, запутался, столько людей, столько ангелов. Паразит! Нельзя таких сопляков к людям допускать. Куда Отец смотрит?
 – Тише ты! – зашипели друзья на ангела Дейвида. – Не гневи! Ему и так нелегко. Он ведь обо всех заботится. У нас вон по одному, и то мы не справляемся, а у Него больше шести миллиардов, плюс ангелы, плюс те, кто в очереди стоят.

 В это время люди закончили обед, и грустные ангелы-хранители поплелись вслед за ними.

* * *
 Строительная корпорация, в офисе которой работал Джимми, тесно сотрудничала с турецким агентством по трудоустройству. Контора занимала добрую половину девяностого этажа и считалась одной из самых многолюдных в этом огромном здании. Работники и посетители сновали по всем коридорам и комнатам, словно в большом муравейнике. Многие ангелы не успевали за своими подопечными и поэтому отсиживались прямо на столах и перегородках между ними. С таких перегородок было особенно удобно наблюдать за всем этим хаосом. Стеклянные стены между конторками позволяли следить за людьми на приличном расстоянии, и Ангел вместе с ангелом приехавшего утром турецкого представителя, сидели на перегородке, разделяющей два компьютерных стола, за одним из которых работала очень полная негритянка с пышным бюстом, обвешенная неимоверным количеством браслетов, цепочек и колец, а за другим белокурая красавица, казалось – только сошедшая с обложки журнала. У нее были фантастические ноги, но маленькая, едва заметная грудь. Ангелы девушек сидели на столе негритянки и наперебой что-то щебетали о косметике и моде.

 Ангел прервал их беседу:
 – Линда, а что, Белоснежка не подложила сегодня в бюстгальтер вату?
 – Подложила, но тебя это не касается! – съехидничала Линда – ангел белой девушки.
 – Подложила? – сделав наигранно удивленный вид, воскликнул Ангел. – Тогда какая же у нее грудь, когда она не подкладывает?

 Оба мужских ангела расхохотались.

 – Пошляк! – в сердцах произнесла Катрин – ангел негритянки.

 Линда обиженно отвернулась, и Ангел попытался остудить ее гнев.

 – Ладно тебе! Не расстраивайся. Маленькую грудь всегда можно увеличить. Отведи ее к пластическому хирургу. Пару часов, и из нее сделают Памелу Андерсон. Вот Катрин гораздо сложнее – такому добру, как у ее хозяйки, липосакция не поможет. Ей эту тяжесть придется носить перед собой всю жизнь.
 – Дурак ты! – снова огрызнулась Катрин.
 – Девочки, не обижайтесь, – вступил в разговор турецкий ангел. – Знаете, я вот удивляюсь, зачем у вас так много ангелов при таком обилии работников? Зачем вы каждый день все вместе здесь собираетесь? Разве нельзя назначить дежурных в рабочее время?
 – Как это? – удивленно спросила Катрин.

 Все три ангела смотрели на турка и ждали объяснений.

 – Мы так делаем, – продолжал тот. – Допустим, у нас в одном зале работает тридцать человек. Обед разносят прямо на рабочие места, так что в течение рабочего дня никто, кроме как в туалет, никуда не выходит. Мы по графику назначаем дежурных, всего шесть ангелов, они разбирают по пять человек и до конца рабочего дня следят за своими подопечными. А вечером выходные ангелы прилетают и разбирают своих хозяев по домам. За пятью и уследить не сложно, а двадцать четыре хранителя целый день отдыхают. Только директорский ангел постоянно при нем. Тот все время в разъездах. Завидует нам!
 – Вот это здорово! – воскликнул Ангел. – Вот это организация! Ну и молодцы! И волки сыты и овцы целы! Своего рода детский садик. Утром привел, вечером забрал. Какая красота!
 – Ну, бывает, если кому-то из работников нужно срочно уехать, тогда вызываем его ангела, или один из дежурных его сопровождает, а остальные разбирают его пятерку себе. Но это уже в процессе все решается.
 – А происшествия были? – спросила заинтригованная Линда.
 – Ну, бывает, кто-то порежется, кто-то кофе обожжется, так это и при своих ангелах происходит. Однажды, правда, умер один мужик от инфаркта, но где гарантия, что он у него не случился бы при своем хранителе? Хотя, кто знает…
 – Один случай за все время – это не показатель! – развеял сомнения Ангел. – Я, например, уже настолько устал, что готов всю неделю следить за целым десятком, только бы один денек поваляться в постели.

 Он поднялся к потолку и объявил на весь офис: «Every body, attantion pleace!»...

 Ангел рассказал всем работающим ангелам о предложении турка и поставил на голосование ввести с завтрашнего дня дежурство по графику. Большинством голосов решили провести пробный эксперимент, и назавтра у Ангела выпал первый выходной со дня всемирного потопа.

* * *
 Утром он не встал вместе с Джимми и не сидел с ним в ванной, пока тот брился. Анджела следила за обоими супругами сама. Он даже не пошел проводить Джимми на работу, настолько его поглотило блаженство выходного дня. Анджела поручила кому-то из ангелов, которому было по пути, проводить его до конторы, чтобы позволить Ангелу в полной мере насладиться бездельем, хотя сама мысль о дежурствах ей не понравилась.

 Оставшись дома один, Ангел включил телевизор и, прикрыв условные глаза, слушал новости. В этот момент Джимми поднимался на девяностый этаж своего офиса в лифте Всемирного торгового центра. Часы показывали восемь.

 Это было утро одиннадцатого сентября 2001 года.

Последнее от Дмитрий Цветков

Другие материалы в этой категории: « Как Пахомыч еду уничтожает Зеркало души »

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

All rights reserved. www.russinireland.com 2015

Top Desktop version